Главная » 2016 » Сентябрь » 5 » Как пересмотреть свою жизнь, готовясь к исповеди
12:42
Как пересмотреть свою жизнь, готовясь к исповеди

Случается так, что человек впервые приходит в храм или посещает монастырь, может быть даже не с паломнической целью, а в составе туристической группы. И нередко бывает, что именно в монастыре он начинает чувствовать, что жизнью своей нарушил гармонию отношений с Богом, начинает осознавать, что ему тяжко живется без этой гармонии. И тогда пробуждается желание ощутить мир в душе, а этому способствует Таинство Исповеди.

Но случается и так, что человек не знает, как построить свою исповедь: в чем каяться, о чем говорить. Кто-то, готовясь к исповеди, пользуется книгой архимандрита Иоанна Крестьянкина «Опыт построения исповеди». Кто-то читает брошюру «В помощь кающимся», составленную по творениям святителя Игнатия (Брянчанинова). Есть и другие книги на эту тему. Читая их, осмысливая прочитанное и применяя его к себе, человек понимает в чем, собственно, ему каяться. Подготовиться к исповеди за всю жизнь можно также по рассказу блаженной Феодоры, в котором описывается прохождение ею воздушных мытарств. Блаженная Феодора была ученицей преподобного Василия Нового. По его молитвам она явилась Григорию, ученику того же святого, и рассказала о своих посмертных опытах. Рассказ блаженной Феодоры, помещенный в жизнеописании преподобного Василия Нового, по мысли святителя Феофана, «очень поучителен» и может руководить человеком в деле самопознания. Описание посмертных опытов блаженной Феодоры мы поместили в приложениях, которые читатель найдет в конце книги. Есть люди, которые читают повествование блаженной Феодоры еженедельно и после того, как прошли исповедь за всю жизнь. Описание мытарств помогает готовиться к еженедельной исповеди и проверять наличное состояние своей души. Человек, накладывая свою жизнь на описание мытарств, видит, уклонился ли он с правильного пути или нет. А заметить уклонение – это значит получить возможность вновь направить свои стопы по верному пути.

Что такое мытарства? Если дать феномену мытарств краткую характеристику, можно сказать, что мытарства – своего рода заставы. На них стоят сторожевые полки падших духов. Двадцать таких застав стоят на пути от земли к небу. На каждом из мытарств демоны требуют у человека отчета в определенном виде греха. Каждый поступок человека разбирается чрезвычайно подробно. Например, на первом мытарстве демоны вынесли свитки, на которых было записано все то, что Феодора говорила «неразумного и скверного». Она удивлялась тому, что бесы ничего не забыли. Ведь с тех пор, как Феодора совершила те грехи, в которых ее обвиняли, прошло уже много лет. «Они же (то есть демоны), - рассказывала Феодора, - приводили все слова мои, как будто они были только что произнесены мною, всё подробно и до тонкостей припоминая, как оно и было в действительности». Такая подробность истязателей побуждает подробно готовится к исповеди. Готовясь к ней, человек как бы идет вместе с блаженной Феодорой. Он пункт за пунктом разбирает каждое мытарство. Если он пройдет эти мытарства перед своей совестью еще при жизни, то, можно надеяться, что он пройдет их и после смерти. Такая надежда вполне обоснована. Ангелы объяснили Феодоре, что грехи человека невидимо изглаждаются, если он искренно, с сокрушением исповедуется и не скрывает ничего. Когда душа его идет по мытарствам, «воздушные истязатели, разогнув свои книги, не находят в них никаких рукописаний ее грехов и не могут сделать ей никакого зла». Готовясь к подробной и глубокой исповеди, можно спрашивать себя: «Что в моей жизни было такого, за что меня могут задержать на этом мытарстве?» Ответ записывается. Подобным образом проходятся все двадцать мытарств. Главное, чтобы никакого пятна на душе не осталось. Если после исповеди человек поймет, что на душе у него что-то осталось, то после он может упомянуть о грехах прошлого еще на 1-2 исповедях. И после он уже будет исповедоваться в том, в чем согрешил с момента последней исповеди. Перед мысленным взором человека проходит его прошлое. Многие годы он не замечал того, что приносил людям боль. Но сейчас он вспоминает каждый случай и за каждый приносит Богу, если не слезы, то хоть вздох сокрушения. Здесь, в домашней обстановке, человек не ограничен во времени. Он не имеет возможности исповедоваться в храме несколько часов - дома же он имеет такую возможность. Дома человек начинает свое покаяние, а в храме, на исповеди, завершает. Несмотря на все удобства домашней исповеди, она должна завершиться исповедью в храме. Иначе в душе человека будет жить сомнение: а простил ли его Бог? В храме человек скажет, возможно, в нескольких словах то, что причинял людям боль. Но за этими словами стоит сердечное раскаяние, которое человек приносил Богу за каждое проявление своей жестокости и безразличия. Каждый конкретный случай (а их было немало за всю жизнь) священнику не расскажешь. Здесь нужно найти золотую середину между тем, что говорить подробно и что говорить в общих чертах. Если человек, например, часто крал, то он может сказать: «Часто крал». Но крадут по-разному. Некоторые случаи особенно врезаются в память. Например, человек украл деньги у матери, чтобы купить героин. Во время кражи совесть его сильно обличала. Настолько сильно, что даже кровь прихлынула к лицу. Хотя он и раньше крал у матери, но этот случай запомнился особенно. Мелкие кражи напоминали одна другую, поэтому на исповеди можно сказать о них так: «Часто крал деньги у матери на сигареты». А о наиболее запомнившемся случае уже нужно рассказать подробнее. Или взять такой пример. Один реально живший человек рассказывал, что вырос среди темпераментных людей. Настолько темпераментных, что силовое решение конфликтов являлось среди них обычным делом. «Не подрался – день прошел даром», – так описал свой быт герой повествования. Понятно, что на исповеди он не может говорить: «Подрался 21 сентября 2012 года, подрался 22 сентября 2012 года» и т.д.. Если драки были одна на другую похожи, то воспоминания о них можно сгруппировать в слова: «Часто дрался». Но, наверняка, у людей подобных этому персонажу, есть в жизни эпизоды, которые не описываются общими фразами. Например, человек, выпив с приятелями, пошел с ними искать приключений. Идя по улице, компания увидела мужчину, который, никого не трогая, направлялся домой. На него набросились, и в жестоком избиении его принимал участие и тот человек, который ныне готовится к исповеди. Лицо того мужчины стоит перед его сознанием вот уже многие годы. А раз так, то об этом случае ему на исповеди следует рассказать подробнее. С чего начать исповедь? Вначале обычно говорят о самом главном, о том, что более всего мучает душу. Исповедь удобно начать с раскаяния в блудных и в прочих тяжких грехах. Епископ Александр (Семенов-Тян-Шанский) советовал «сначала помянуть наиболее досаждающие грехи (страсти, пороки), с ними и бороться надо в первую очередь, а также грехи против любви (осуждение, злоба, вражда)». Сказав о самом главном, можно дальше двигаться по плану, который был предложен святителем Феофаном. Он советовал по подобию послужного списка представить в уме список дел «со всеми обстоятельствами времени, места, лиц, препятствий и прочего». Все мы, наверное, представляем, как выглядит трудовая книжка, в которой отмечены наши шаги, сделанные на поприще профессиональной деятельности. По подобию трудовой нужно составить «греховную книжку». Однако составление такого плана не является конечной целью самоанализа. Поступки – это только проявления тех страстей, которые находятся в сердце. И6о нужно увидеть сердечные расположения, которые лежат за подробностями частных ситуаций. Рассматривая их, человек отмечает, какие грехи совершались «случайно», какие – непрестанно, а какие - сопровождались сильным позывом сердца. Эти мысли святителя Феофана можно прокомментировать описанием того, как отец Геннадий Огрызков принимал генеральную исповедь у своей духовной дочери Валентины. Читая приготовленную к исповеди записку, та упомянула о первом грехе, о втором, о третьем. Вдруг отец Геннадий остановил ее и сказал: «Погоди, а ну-ка, начини все сначала. И не просто называй грех. А объясни мне в каждом пункте, что, отчего и как произошло!...»  От человека, раскрывающего таким образом строй своего сердца, «не может укрыться и главная, всем заведывающая страсть». Вокруг нее группируются прочие страсти, и ею приводятся в движение. В лице ее воплощается «корень всех зол — самолюбие. «Познанием ее, - писал святитель Феофан. - И должно завершиться сознание своей греховности». У каждого человека есть своя главная страсть. У кого-то – это тяга к алкоголю. У кого-то – гордость, а у кого-то – игра. Страсть к игре некоторым людям сломала всю жизнь. Один некогда высокопоставленный человек рассказывал о себе, что все его беды начались после того, как он начал играть. Его должность возлагала на него множество ответственейших поручений. И всеми ими он готов был пренебречь, когда у него начинала идти игра, вся его жизнь была подчинена ей. В итоге он потерял и пост, и деньги. Страсть к игре требует больших затрат. Ищущий деньги игрок включается в погоню за материальными благами. Так как они ограничены, то он добивается обладания ими через ущемление чужих интересов. Соответственно, он вступает в полосу конфликтов с окружающими людьми. Некоторые люди, несогласные с притязаниями игрока, дают ему отпор. Получив отпор от тех, кто оказался сильнее, игрок впадает в уныние. Решись он жить скромнее, из его жизни ушли бы грехи, связанные с неправедным приобретением денег (обманы, махинации). Он вышел бы из состояния войны с окружающими его людьми и не унывал бы так много.

 Здесь можно вспомнить о двух случаях, рассказанных игуменом Анатолием (Берестовым) в книге «Грех, болезнь, исцеление». Однажды к нему обратился один «мафиози, убийца, убивший не одного человека, занимавшийся и рэкетом, и воровством, и бандитизмом». Этого человека мучила совесть, ему снились кошмары, его душили бесы. Он был проклят своей матерью, друзьями и маленьким сыном, которого он оставил. И чем же был обусловлен образ жизни, на почве которого развились такие проблемы? «Привычка и деньги, – говорил мафиози. - Я не могу жить, если у меня мало денег». Страсть к деньгам и наживе повели еще одного обратившегося к отцу Анатолию человека по цепочке грехов: «обманы – мошенничество – лихоимство – честолюбие – уныние – развитие сердечно-сосудистого заболевания – мысли о самоубийстве». Защищая себя и свое дело от конкурентов, этот человек стал совершать нечестные поступки. На фоне этих поступков у него развилось невротическое состояние и нарушение сна. «Затем на этом фоне появились приступы стенокардии, развилась ишемическая болезнь сердца, депрессия и мысли о самоубийстве». Этому человеку, находившемуся в постоянной борьбе за деньги, врачи не могли помочь. И, не зная, что ему делать, он решил обратиться за помощью к священнику. «Так наши грехи, – подвел итог этому повествованию отец Анатолий, – неуклонно ведут нас к болезням – духовным, душевным и телесным».

 Главная страсть снабжает своими соками множество грехов. Не станет ее, отпадут и ее ответвления. Чтобы победить главную страсть, нужно с особой тщательностью исповедовать ее проявления как малые, так и большие. Пример такой тщательности показан в одном из писем святителя Феофана. Он советует не писать в перечне своих грехов: «я вздорна», а записывать дела, в котором эта «вздорность» обнаружилась. Например, одной особе он советует вести запись так: «Сестра сказала слово неприятное, я рассерчала и побранились... И если поладили, прибавьте: поладили, слава Богу, или насилу поладили... Еще приглянулось мне лицо одного человека... и впечатление это осталось. Сознав, что это дурно, я стала бороться и изгладила впечатление (лиц не сказывать). Так и обо всем». Рядом с записью о совершенном грехе можно делать приписку насчет того, как с ним бороться. Приписывать «как исправиться полагаете», советует тот же святитель. Он считает, что такое занятие должно принести благие плоды. «Увидите, какую власть потом Вы возымеете над собою», - писал он. Человек, у которого получается исполнить этот совет, может записывать «как исправиться полагает» и в отношении привычек, - они есть почти у каждого. Чем глубже привычки укоренились, тем подробнее их нужно исповедовать. У многих из нас есть привычка осуждать или клеветать. Скажут нам, например, что наш знакомый выступил с каким-то предложением на собрании, а у нас вырвется: «Да, что ты его слушаешь? Он же ничего в этом вопросе не понимает». Вот и оклеветали человека. Он-то, может быть, хорошо в этом вопросе разбирается. Да и мы, в общем-то, неплохо к нему относимся. Просто настроение плохое было, вот и сказали. Но сказали без злого умысла, без желания уничтожить его как конкурента. Если дела наши относительно клеветы обстоят приблизительно так, то на исповеди в этих грехах можно покаяться в общих чертах: клеветал. Но есть люди, у которых, например, осуждение стало свойством характера. Они не щадят никого и словно упиваются осуждением. Возможно, своими речами они разрушили семьи, принесли беду в чей-то дом. Здесь осуждение носит характер сознательного, намеренного поступка, совершаемого с большим напором и энергией. Если дела наши относительно осуждения таковы, то тут уже нельзя покаяться только в двух словах. Об этом нужно говорить подробнее. Когда речь начинает идти о подробной исповеди, некоторые люди пугаются. Их страшат мысли о том, что информация об их грехах станет известной другим. Здесь необходимо понять, что никто не требует называть на исповеди фамилии и точные даты совершения преступлений. Имена на исповеди вообще не называются. Священник даже должен остановить человека, если тот начинает называть какие- либо имена. Человек на исповеди должен дать не улики против себя, а нравственную оценку своего поступка. Он должен показать глубину своего падения и засвидетельствовать то, что он осознает его. Например, у людей, совершивших кражу, может быть разная тяжесть вины. Кто-то украл еду, будучи голодным. А кто-то, будучи сытым, украл у голодного человека последнее. Во втором случае вина человека отягощается двумя обстоятельствами: он совершил кражу в то время, когда не испытывал острой нужды; он украл у голодного его единственное пропитание. При наличии отягчающих обстоятельств исповеднику нужно не просто покаяться в том, что он совершил кражу. Нужно упомянуть и об этих обстоятельствах. Это и будет означать «подробную исповедь». Дать нравственную оценку поступку помогает рассмотрение семи обстоятельств, на которые указывает архиепископ Вениамин. Речь идет о следующем: «кто, что, где, по какому побуждению, для чего, как и когда. То есть, кто кается: человек, христианин, православный, старый, юный, женатый, девственник, образованный и т.п. Что сотворил: согрешил, преступил заповедь, какую и в чем именно? Где? То есть, на каком месте, тайно или явно, в церкви или в дому, и т.п. По какому побуждению: советом, повелением, принуждением, примером и пр. Для чего? Естество или немощь требовали сего, по нужде ли или по одному произволению. Как? То есть, каким образом? Словом или делом, помышлением или намерением, внезапно, неумышленно или после предварительного размышления и приготовления и проч. Когда? То есть, в какое время? Во время голода, нужды и немощи, или в довольстве и богатстве, в обыкновенные дни или в посты и праздники и пр.» Это рассуждение вместе с прочим содержанием данной главы может быть при необходимости заменено кратким наставлением. Оно было дано одному арестанту в то время как он шел на каторгу. Узник был осужден за двойное убийство: он отрубил голову своей жене и зарезал человека, которого подозревал в связи со своей женой. Искалеченный нравственно, он переживал гнетущее состояние духа. Страдая от ужасной тоски, он обратился за помощью к архимандриту Спиридону (Кислякову). Тот посоветовал ему исповедоваться и так исповедоваться, чтобы после этой исповеди на нем ни одного греха с самого детства не было. На самых же страшных и постыдных грехах отец Спиридон рекомендовал остановиться и детальнее их передать священнику. Причины совершенных грехов нужно было усмотреть не в стечении обстоятельств, а единственно в себе. «Затем, - продолжал архимандрит Спиридон, - кроме сей исповеди, я горячо прошу тебя предаться сердечной горячей молитве. Проделай так недели две и увидишь, что с тобою, мой друг, будет». Хотя арестанту и тяжело было исполнять совет миссионера, но он все-таки старался. И со временем ему на душе сделалось легко. Искреннею радостью порадовался за него отец Спиридон, как за человека, вернувшегося ко Господу. 

Из книги "Победить свое прошлое. Исповедь - начало новой жизни". Иеромонах Соловецкого монастыря.

Просмотров: 627 | Добавил: admin | Рейтинг: 5.0/1