Главная » 2012 » Сентябрь » 19 » СЛОН - соловецкий ЛЕС особого назначения
12:20
СЛОН - соловецкий ЛЕС особого назначения
«Оглянитесь вокруг: быть может,
 вы уже в строю на пути
в «светлое будущее»?


***
Когда-то лет 20 назад мне попала в руки книга Олега Васильевича Волкова. Она называлась «Погружение во тьму». Тема лагерей только начала подниматься, я помню, ее даже прочитала, по совету папочки, ничего толком не поняв. У меня и сейчас она есть, старенькая обложка, тираж 1989 года. Теперь я читаю ее с другим чувством, как человек причастный. «Соловеют», - как скажет нынешний наместник Соловецкого монастыря архимандрит Порфирий о тех, кого постоянно тянет вернуться на остров.
***
Соловецкий архипелаг – живая история, которая укореняется в далеком прошлом. Соловецкие чудотворцы Зосима, Савватий и Герман первые пришли сюда для молитвенного подвига. Но, сейчас меня интересует новейшая история. Я хочу пройти путем Новомучеников Соловецких. Это практически мои современники. В невероятных условиях сохранявшие веру. А я смогла бы? Этот вопрос всплывал на протяжении всего путешествия.
«Пораженный чудовищностью проявляемого лицемерия, сбитый с толку наглостью возглашаемой неправоты, ощупываешь себя: не брежу ли сам?  И не привиделись ли мне ямы с накиданными трупами на Соловках, застреленные на помойках Котласской пересылки, обезумевшие от голода, обмороженные люди, «саморубы» на лесозаготовках, набитые до отказа камеры смертников в Тульской тюрьме… Мертвые мужики на трамвайных рельсах в Архангельске … Все это не только в голове, но и в сердце. А перед глазами – статьи, очерки в журналах, целые книги, взахлеб  рассказывающие, с каким энтузиазмом, в каком вдохновенном порыве устремлялись на Север по зову партии тысячи комсомольцев строить, осваивать, нести дальше в глубь безлюдья светлое знамя счастливой жизни… И вот писали – честным пером честных советских литераторов свидетельствовали и подтверждали: не было никогда никаких воркутинских или колымских гекатомб, соловецких застенков, тьмы погибших и чудом выживших, искалеченных мучеников. И весь многолетний лагерный кошмар – вражьи басни, клевета…» - так писал Олег Васильевич Волков, проведший в общей сложности 30 лет в лагерях и ссылках. Он видел множество архиереев, простых монахов, верующих мирян прошедших через Соловецкий лагерь. Беседовал с владыкой Илларионом Троицким – «надо верить, что церковь устоит». Ходил на тайные Литургии. Общался и с интеллигентами, которые не считали себя глубоко верующими. Знал того самого Юшу Самарина.(1) Помните, его упоминает в своей книге «Милосердия двери» А. П. Арцыбушев.
Лагерь начал свое существование в 1920 году. На архипелаг попадали через Кемь.(2) По всему побережью были бараки.  В них ждали пересылки узники. Много духовенства, архиереи,  художники, литераторы, артисты, музыканты, врачи, ученые, простые мужики-крестьяне, фрейлины, монахини, послушницы и послушники, просто верующие люди. На некоторых из них  в документах предписание – «держать исключительно на тяжелых лесозаготовительных работах», т. е. уничтожить без вынесения смертного приговора.(5)  На Соловках добывали лес и торф. «Соловецкий лес особого назначения», - напишет в своих воспоминаниях Киселев, бывший сотрудник соловецкого ИСО, наблюдатель.

***
«Власти попов да монахов согнали». Среди них выделяется одна фигура. Архиепископ Воронежский Петр (Зверев), ныне прославленный. Архиепископ Петр прибыл в Соловецкий концлагерь весной 1927 года. Он был определен в рабочую роту, располагавшуюся в стенах Кремля. Здесь он работал сторожем, затем был назначен счетоводом на продовольственном складе. Жил недалеко от склада, в маленькой комнатке, вместе с епископом Печерским Григорием (Козловым). Поначалу лагерное начальство разрешало служить на старом монашеском кладбище в храме преподобного Онуфрия Афонского. Было столько архиереев, вспоминал современник, что у Престола не хватало места. Как они молились тогда! Богослужения были длительными, владыка Петр сам читал Шестопсалмие. «Во всем твой Петр грешен, только устава никогда не нарушал», - говаривал он келейнику, архимандриту Иннокентию.
«Неуязвимый из-за высоты нравственного своего облика, он с метлой в руках, в роли дворника или сторожа, внушал благоговейное уважение. Перед ним тушевались сами вохровцы, натасканные на грубую наглость и издевку над заключенными. При встрече они не только уступали ему дорогу, но и не удерживались от приветствия. На что он отвечал, как всегда: поднимал руку и осенял еле очерченным крестным знамением. Если ему случалось проходить мимо большого начальства, оно, завидев его издали, отворачивалось, будто не замечая православного епископа – ничтожного зэка, каких, слава Богу, предостаточно…» - вспоминает Олег Волков, - «Они пасовали перед достойным спокойствием архипастыря. Оно их принижало. И брала досада на собственное малодушие, заставлявшее отводить глаза… Епископа Петра схватили особенно грубо, словно сопротивляющегося преступника...» Человек, поднявшийся над суетой преследований и унижений.
В 1928 году на Анзере началась эпидемия тифа. Вблизи храма Воскресения Господня были вырыты большие братские могилы. В них всю зиму складывали тела умерших, прикрывая их сверху лапником. Когда началась эпидемия, в Голгофо - Распятском скиту разместился госпиталь. Задолго до этого 18 июня 1712 года, Матерь Божия, явившись монаху Иисусу, сказала: «На этом месте пусть будет сооружен скит во имя страданий Моего Сына. Пусть живут двенадцать иноков и будут все время поститься, кроме субботы и воскресенья. Придет время, верующие на этой горе будут падать от страданий, как мухи». Впоследствии на этом месте было воздвигнуто два храма: каменный в честь Распятия Господня с приделом в честь Успения Пресвятой Богородицы, где во время эпидемии тифа, когда монастырь был превращен в концлагерь, разместился госпиталь; и деревянный, Воскресения Господня, под горой, в котором некоторое время помещался морг. В январе 1929 года архиепископ Петр заболел тифом и был увезен на Анзер. Перед смертью ему явилась великомученица Варвара, со многими девами, из которых он узнал святых мучениц Анисию и Ирину. Великомученица Варвара подошла к постели владыки и причастила его Святых Христовых Таин.
Его тело бросили в общую могилу. Верующие, несмотря на страх пыток и смерти, вскрыли могилу. Владыку нашли сразу, он лежал со скрещенными на груди руками, в свитке, светлый. Владыку причесали, обмыли лицо, облачили, как подобает архиерею. И захоронили за Алтарем Воскресенского храма, первого храма построенного преподобным Иовом Анзерским в схиме - Иисусом. В 1999 году игумен Дамаскин (Орловский) обрел мощи. Теперь на месте захоронения Владыки – часовня. Святые мощи его находятся в храме святителя Филиппа, рядом с мощами Соловецких чудотворцев.

***
Всякое было, попустил Господь страдание, проверялась крепость веры. На Соловках, несмотря на  беззакония, которые там творились, очень большая благодать. Она ощущается не только в храме за богослужением, но и во всей окружающей природе. Там Небо необыкновенно близко. Много здесь было пролито крови христианской. Вспоминаю фотографию, на которой куча костей и черепов, все темного воскового цвета – это погибшие на Секирной горе, самом страшном месте лагеря. Но цвет костей! Это ведь святые мощи. И сколько их рабов Божиих, имена которых поглотила страшная история Соловецкого лагеря, но помнит Бог. Братья вскрыли несколько захоронений, собирали кости, обмывали их, делали большие гробы, отпевали. Теперь на кладбище соловецких узников Секирной горы(3) есть несколько могил, на обратной стороне крестов указано число захороненных – 26 человек, 9 человек, 6 человек…
В нелегальной песне СЛОНовских заключенных поется:
На седьмой версте есть Секир-гора,
А под горой – зарытые тела…
Бог даст времечко настанет:
Мать родная не узнает,
Где зарыты косточки сынка…
Идем крестным ходом на Секирку дорогой, которую протоптали еще в 16 веке преподобные. Кто только по ней не ходил. Уходили преподобные отцы на пустынное житие. Рыли земляночки. Многие из подвизавшихся отцов не знали даже, что началась революция. Шли по обочинам лагерщики, погоняли обреченных погибнуть в самом страшном изоляторе лагеря. Шли, с трудом передвигая негнущиеся ноги заключенные. Александр Александрович Сиверс,  проходивший по делу лицеистов, и с которым Олег Волков общался в лагере, тоже побывал на Секирке. Вот справка, найденная на чердаке Вознесенского храма. «За халатное отношение к работе» - приговор – месяц в штрафном 4-ом отделении на Секирной горе. Месяц чудом пережил этот человек, но воли не дожил. Идем дальше, вот вдали показался на вершине Храм-маяк – это и есть Секирно-Вознесенский скит. Сейчас монашеская  жизнь в скиту возрождается. Подходим ближе – у подножия горы – огромный поклонный Крест. Поднимаемся на гору и сворачиваем в сторону кладбища узников УСЛОН. Тишина. Комары и мошка – тучами. Лезут в глаза, в рот. Здесь и «ставили на комарики». Люди сходили с ума.(4) Хорошо, что мы не забыли защитный спрей. Но, тучи насекомых не исчезают. Кресты на могилах, найденных, перезахороненных, отпетых. 26 человек, 9 человек, 6 человек…. Начинаем петь панихиду по памяти. Усталость исчезает, комары и мошка перестают лютовать. Чувствуется необыкновенная светлость, благодать, легкость и благодарность, мученически закончивших здесь свое земное странствие. Да, именно благодарность и необыкновенная благодать. Приложились ко всем крестам, попросили мучеников помолиться у Престола Божия о прощении наших грехов, набрали камешков на память. Осмотрелись. Склон уходит вниз, крутой, земля как будто вскопанная. Могилы рыли про запас, чтобы не утруждаться зимой. Здесь весь склон усеян костями, и у подножия Секирки – тоже могилы. Еще раз помолились мученикам. Отправляемся в обратный путь. Тех, кому удалось выжить в адских условиях, перегоняли обратно в лагерь. Идем. Хотелось бы успеть на службу, завтра воскресенье. Так прошли 24 километра. Одно из задуманных еще в Москве дел удалось осуществить. Вспоминается: «ощупываю себя: не брежу ли сам?» Было ли это.

***
Есть еще одна тема. То, как изображали лагерь сами чекисты, - местом идиллической жизни. Все тайное становится явным. И чекисты не могли, как ни старались утаить правды, которая стала просачиваться на Запад. 6  Был снят  фильм под названием «Соловки», в котором показывалась жизнь заключенных. Как это происходило, подробно описывает в своей книге «Соловецкий лес особого назначения» Николай Киселев. На съемочную площадку привели строем женщин – заключенных. Их одежда конечно не соответствовала чекистским задумкам, и, их нарядили в платья расстрелянных в Москве «каэрок».(7)  Привели строем и заключенных мужчин. Люди были усталыми и измученными, и чекист Архангельский дал приказ: заставлять заключенных весело прогуливаться по площадке под музыку.(8) Когда «гулянье» было отснято, чекист Архангельский захотел показать Европе «жизнь заключенного в роте». Он избрал 15-ю строительную роту. В ней помещались заключенные квалифицированного труда. В роте двухъярусные нары, и, конечно неимоверная вонь и грязь. Обстановка для фильма неподходящая. «Не существует, однако положения, из которого чекист не нашел бы выхода», - пишет Киселев. Помещение было приказано вымыть. Даже выдали постельное белье. Но, когда съемочная камера закончила работать, белье снова передали на вещевой склад, и рота приняла свой прежний вид. Фильм сделан неплохо. Есть в нем виды соловецкой природы. И вроде бы все выглядит вполне благополучно.(9)  Приезжающие сегодня в монастырь помолиться, могут посетить музей, созданный в бывшем бараке, здесь можно увидеть кадры из упоминаемого фильма.(10)  Но,  широко пустить фильм за границей не удалось. Тогда в лагерь был прислан Максим Горький. Его руками намеревались «тушить» огонь, разгоревшийся вокруг «соловецкого вопроса».  Всех раздетых, всех священников, всех, кто мог бы сказать истину о жизни в лагере, отправили на дальние командировки.
«Мы заключенные страны свободной,
Где нет мучений, пыток нет.
Нас не карают, а исправляют, -
Это не тайна и не секрет!
Хотя и за проступки сослали нас сюда,
Но все же мы имеем большие права:
Газеты получаем, газеты издаем,
Спектакли мы ставим и песни поем».
Это песня.  «На концерт были допущены только чекисты и так называемые «стукачи». Ни одного рядового заключенного там не было», - писал Николай Киселев. В общем, все было инсценировано как для кинофильма «Соловки».

***
Что удивляет, когда думаешь о православных верующих, окончивших свой путь мученичеством. Нравственная чистота, которая сохраняла этих людей там, где нравственность попиралась. Поражает запас жизненных сил, который позволил пройти муки и страдания и получить венец нетленный. И еще поражает, как возвышался человеческий смысл существования в бесчеловечных условиях бытия.
Преосвященный Виктор, епископ Вятский. Простонародное с крупными чертами лицо, окающий говор. Не догадаешься о его высоком сане. «Умнейший этот человек даже чуть подчеркивал свою слитность с крестьянством». « - Ты, сынок, вот тут с год потолкался, повидал все, в храме бок о бок с нами стоял. И должен все это сердцем запомнить. Понять, почему сюда власти попов да монахов согнали. Отчего это мир на них ополчился? Да не люба ему правда Господня стала, вот дело в чем! Светлый лик Христовой церкви – помеха, с нею темные да злые дела неспособно делать. Вот ты, сынок, об этом свете, об этой правде, что затаптывают, почаще вспоминай, чтобы самому от нее не отстать. Поглядывай в нашу сторону, в полунощный край небушка, не забывай, что тут хоть туго да жутко, а духу легко.… Ведь верно?»

Светлана Голубцова

Примечания.
(1) «Пожалуй, именно трусость определила падение Юрия. В органах его крепко припугнули. И – страх земной пересилил страх кары небесной. А в семье Самариных незыблемо: «Без Бога – ни до порога»… Юша Самарин не пропускал служб. В храме подряд ко всем иконам прикладывался, отбивал перед ними земные поклоны. И со слезами умиления! И как строго он порицал недостаточно чинное стояние в храме, опоздание к богослужению или манкирование поцелуем руки подающего крест священника! Перед ним и значительно более искушенный в церковностях человек, чем я, должен был бы чувствовать себя оглашенным. И вот что, оказывается, таилось за набожностью, за этим усердием христианина …»  
 Олег Волков «Погружение во тьму». «Молодая гвардия», 1989.
(2) «Пересыльный городок с рядами бараков, выстроенных вдоль дощатых линеек, с издевательским кумачом «Добро пожаловать!» на воротах был выстроен позднее. В 1931 году в барак у дебаркадера уже не заводили».
Олег Волков «Погружение во тьму». «Молодая гвардия», 1989.
(3) «Ни один заключенный, попадающий на «Секирку»,  а оттуда на штрафную  командировку, больше двух месяцев не выживает. «Секирка» является также лобным местом. Там было расстреляно 125 человек заключенных, писавших на досках экспортного леса за границу письма с призывом о помощи. Там все время расстреливаются заключенные, на которых ОГПУ находит новый обвинительный материал после того, как они уже получили определенный срок заключения. На «Секирке» расстреливаются все заключенные, пытающиеся бежать. Летом 1929 года на «Секирке» было расстреляно 58 человек интеллигентов, якобы, за попытку к бегству. На самом деле они были расстреляны потому, что на них ОГПУ нашло новый обвинительный материал и заочно, когда они уже сидели  СЛОНе, приговорило их к расстрелу. На «Секирке» же были расстреляны 24 женщины по так называемому делу «Кука». Кук (профсоюзный деятель в Англии) в один из приездов в Москву, получив от «товарищей» крупную сумму денег, начал кутеж с проститутками. Те во время пьянки похитили у него все деньги.  ОГПУ арестовало и сослало в СЛОН по этому делу 48 женщин. Половина из  них по заочному приговору ОГПУ была расстреляна, вторая половина в 1930 году работала на вывозке из леса дров… Работая в ИСО, я интересовался числом расстрелянных на Секирной горе. По документам ИСО за 1926-1929 годы на Секирной горе было расстреляно 6736(?!)  человек».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(4) «Для тех, кто сидел на острове, не было страшнее слова. Именно там, в церкви на Секирной горе, достойные выученики Дзержинского изобретательно применяли целую гамму пыток и изощренных мучительств. Начиная от «жердочки» - тоненькой перекладины, на которой надо было сидеть сутками, удерживая равновесие, без сна и без пищи, под страхом зверского избиения, до спуска связанного истязуемого по обледенелым каменным ступеням стометровой лестницы: внизу подбирали искалеченные тела, с перебитыми костями и проломленной головой.  Массовые расстрелы также устраивались на Секирной».
Олег Волков «Погружение во тьму». «Молодая гвардия», 1989.
(5) Это так называемое дело №9. «Дело №9 находится в Инспекционно - Следственном отделе УСЛОНа. ИСО – это Лубянка в миниатюре. Разница между ними лишь в районах действия и еще в том, что на Лубянке во внутренней тюрьме имеется пробковая камера с нагревательными электрическими приборами и специальным штатом крыс, а во внутренней тюрьме ИСО, так называемом след-изоляторе, вместо пробковой камеры была только глиномялка. В Деле №9 содержатся списки тех заключенных, которых по предписанию Лубянки надо быстро уничтожить без вынесения смертного приговора. … Все это люди с характером, чувством собственного достоинства и с сильной волей. Одни из них во время сидения под следствием в ОГПУ  объявляли голодовки, другие скандалили со своими следователями, третьих ОГПУ подозревало в большем, чем знало о них. За все это они расплачиваются в СЛОНе».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(6) «…матери уже пугают детей: «Молчи, - говорят они, - а то «слон» придет и возьмет тебя в мешок»… Как большевики ни «втирают очки» общественному мнению за границей, все-таки, «земля слухом полнится», и слухи о рабском труде и нечеловеческих условиях жизни заключенных на севере России распространяются по всему миру. ОГПУ решило бороться с этой репутацией СЛОНа. Летом 1928 года УСЛОН получил от Лубянки совершенно секретное отношение, в котором писалось примерно так: «Мировая буржуазия и прихвостни из Второго, желтого Интернационала ведут ожесточенную антисоветскую агитацию… В целях борьбы с ней вам надлежит принять меры к освещению истинного положения в СССР путем воссоздания действительной жизни СЛОНовского заключенного в кинофильме «Соловки». (?!) «Рад стараться!» - вероятно подумал про себя Федор Эйхманс, бывший в то время начальником лагерей, и поручил контрагитацию чекисту Архангельскому. Тот в течение трех недель добросовестно трудился над ней. «Кинофильм должен быть на ять», - говорили чекисты Архангельскому. Но старый чекист Архангельский в этих предупреждениях не нуждался: за одиннадцать лет чекистской практики он «чекистское дело» изучил в совершенстве. Он воспроизвел на фильме (сохраняется стилистика автора) «действительную жизнь» СЛОНовского заключенного так, что тот оказался каким-то курортником, приехавшим отдыхать и лечиться на минеральные воды».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(7) «Такой одежды в 1928 году было привезено два вагона. Предназначена она была для продажи чекистам – надзирателям, сотрудникам ИСО и прочим лицам из УСЛОНа».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(8) «…Когда, наконец, мужчины и женщины распределились так, что «гулянье» их стало походить на настоящее, заработал аппарат. Я не художник слова, в печати выступаю в первый раз в жизни, и потому не описать это самое подлое дело из всего, что я видел в СЛОНе».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(9) «…но нет главного: нет Конд-острова, нет вырытых в земле «крикушников», нет «Секирки», нет женщин, одетых в мешки (они живут на острове Анзер), не увидите вы заключенных с отрубленными пальцами и кистями рук; не увидите кричащих на пеньках «филонов»; «саморуба», идущего из леса на перевязку к лекпому, неся пропуск, написанный на двухпудовом бревне… Вообще там нет слез, крови, великих мук и смертей, которыми переполнена действительная жизнь действительных заключенных СЛОНа».
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )
(10) «Как только Максим Горький уехал все приняло прежний вид – свой настоящий вид, о котором Максим Горький или не имеет понятия, или имеет, но молчит… Я обращаюсь к вам, господин Горький, и спрашиваю: видели ли Вы хотя одну СЛОНовскую командировку? Были ли на месте хотя одной вновь открытой командировки? … Посетили ли штрафной изолятор «Секирку»? (Посетил, в документах, найденных в Вознесенском храме есть подтверждение его посещения и слова: «Сказал бы отлично», и подпись.) Посмотрели ли хоть один СЛОНовский «крикушник»?.. Водили ли Вас чекисты на Голгофу, и видели ли Вы там женщин, одетых в одни грязные мешки с прорезанными для рук и головы дырами?.. Посмотрели ли как работают в лесу заключенные, какие уроки им задают, как их там кормят, как бьют, как ставят на пеньки, а они, совершенно обессилившие, сотни раз выкрикивают на нем: «Я  филон, я филон, я паразит Советской власти!» … Видели ли вы шпанское ожерелье из отрубленных заключенными пальцев или кистей рук?.. Были ли вы в женском штрафном изоляторе на Заяцких островах? Говорил ли Вам кто-нибудь о том, как голодали грузины-мусаватисты и чем их голодовка кончилась? Сказали ли Вам чекисты о том, сколько на Секирной горе расстреляно заключенных? Видели ли Вы в лесу хоть одного саморуба, работающего одной рукой?.. Нет, господин Горький! Ничего этого Вы не видели, не знаете и не постарались узнать. А может быть, Вы знаете, догадываетесь, но молчите, торгуя своим пером, как проститутка телом? Не знаю, были ли Вы настолько глупы, или настолько подлы, но в печати после своего визита Вы заявили, что «Соловки» произвели на Вас впечатление «санитарной станции»!
Н. Киселев «Соловецкий лес особого назначения». Архангельск, 2011.  (Воспоминания лагерщика. )

Просмотров: 1518 | Добавил: admin | Рейтинг: 0.0/0